Форум
Форум
Форма входа


Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья сайта
Информационный портал шансона

Майя Розова. Официальный сайт

Russian Records

Журнал «Солнечный Ветер»


Приветствую Вас, Гость · RSS 11.12.2016, 03:11

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Лещенко Петр Константинович » Авторы песен Петра Лещенко » ЧЬИ ЖЕ СЛОВА-2 (СТРОК - ПЕРФИЛЬЕВ)
ЧЬИ ЖЕ СЛОВА-2
Olga777Дата: Суббота, 15.09.2012, 23:13 | Сообщение # 1
Дирижер
Группа: Администраторы
Сообщений: 718
Статус: Offline
Продолжение темы об авторстве Александра ПЕРФИЛЬЕВА
Писал ли он стихи для Оскара СТРОКА




Майя, твое предположение, что Александр Перфильев не хотел афишировать тексты песен, как свои, потому что не считал их хорошей поэзией, были верны. В парижской газете "Русская мысль" от 20 мая 1960 года напечатаны мемуары Перфильева (перепечатаны они в латвийском журнале "Даугава" №1 за 1997 г.).
Найти публикацию не удалось, но надежда есть.
Ограничусь пока лишь выдержкой из мемуаров Перфильева, гарантировать точность не могу, но думаю, что все точно цитируется:

"Создание этого шлягера было связано с личным романом любвеобильного Строка и может быть поэтому (в пределах лёгкой музыки, конечно) - он вышел самым удачным из всех его вещей. Строку это танго принесло (правда, не сразу) - большие деньги. Мне - автору слов - оно дало 10 латов гонорара [10 руб. по курсу 1940 г.] и сознание нашей эмигрантской непрактичности и неумения из всего извлекать пользу. Произошло это потому, что ни на одной из написанных мною для Строка и других композиторов вещей я не ставил своего имени. Ни на нотах, ни на пластинках. Я считал, что автору лирических стихов, выпустившему тогда два сборника, нельзя ставить своего имени под халтурой. Мои заграничные коллеги были другого мнения, и лишь впоследствии я узнал, что в Берлине, Вене, Париже и т.д. авторы слов зарабатывают не меньше, чем композиторы, и получают проценты с каждого экземпляра нот и пластинок.
Без всякого хвастовства могу сказать, что слова различных танго, фокстротов, вальсов, слоу-фоксов и т.д., написанных мною для Строка и других (например, для Марка Марьяновского - "Татьяна" и "На Кавказе есть гора") - гуляют по всему свету".


А "халтура" ведь хороша. Зря он так.
Такой вот расклад. Еще раз убедилась. что докапываться до истины стоит. Можно много интересного узнать. А главное истина никогда лишней не бывает. Вот и сейчас, продолжив поиски о Перфильеве, узнала, что и для Марка Марьяновского он писал. И все было в тех тандемах по обоюдному согласию.
Вот только, чем больше узнаю о Перфильеве, тем больше сомнений, что в своих мемуарах он так жестко обозначил свое сотрудничество со Строком. Возможно, Ирина Сабурова, издававшая мемуары мужа, несколько усилила и по-своему расставила акценты. Уверена, что танго Строка не могли не нравиться поэту Перфильеву.


Для справки:
САБУРОВА ИРИНА ЕВГЕНЬЕВНА
1907-1979

Писательница.
Цитата: «Жила в Латвии, во время Второй мировой войны скиталась по европейским странам, с 1946 в Германии. Романы ("Корабли старого города", 1963), повести (в т. ч. антиутопия "После...", 1961), рассказы (сборник "Тень синего марта", 1938), сказки (сборники "Копилка времени", 1958; "Счастливое зеркало", 1966; "Королевство", 1976). В беллетризованных мемуарах "О нас" (1972) - реалии послевоенного времени, быт т. н. "перемещенных лиц". Поэтический сборник "Разговор молча" (1956)». Издавала стихи первого мужа - А. М. ПЕРФИЛЬЕВА.

Завершить хочу стихами Александра Перфильева из тех самых поэтических сборников, которыми он гордился.

Рождество

Седое, старое, в мятелях Рождество,
Такое милое, как елочныя свечи...
Далекой радостью пахнуло от него
И легче груз, упавший нам на плечи...
Хоть новых радостей не видим мы предтечи —
Звезда бумажная нас манит в Вифлеем
И дед рождественский и старых сказок речи
Дороже и ценней всех жизненных проблем.
Воспоминанья детства близки всем
И детских глаз так драгоценны блестки,
Что хочется спросить мучительно — зачем
Сменила жизнь мой прежний Вифлеем,
На балаганныя бумажныя подмостки?


Александр Ли. Снежная месса. Стихи. 1924 – 1925. Рига: Издательство «Пресса». С. 7.

* * *

Зимний ветер так колюч и хлесток,
Жжет лицо, царапает его.
Вот и он, — знакомый перекресток,
Но на нем не видно никого.
Треплет ветер, точно очумелый,
Белоснежный Божий пуховик.
Буду ждать тебя я вечер целый,
Пряча щеки в мятый воротник.

Гулко бьет цветной стеклярус града
В ободок фонарнаго стекла.
Может быть, мне ждать тебя не надо?
Может быть, не выйдешь из тепла?

Может быть, с скучающей зевотой
Просто ляжешь с книжкою в постель
И забудешь, что томится кто-то
На углу, в собачую мятель?

Тихо скажешь, что в такую стужу
И собак не выгонит никто;
И прижмешься, ласковая, к мужу;
Он тебя укутает пальто.

И заснешь, забывши про бродягу,
Не услыша мой безмолвный крик.
Я вздохну и тихо, тихо лягу
Под фонарь, на Божий пуховик.


Александр Ли. Снежная месса. Рига. С. 9.

* * *


Люблю мою древнюю Землю,
Ея касанья чту,
Ея печали приемлю,
Впиваю ея красоту.
Молюсь я другой святыне,
Другия песни пою,
И часто в своей гордыне,
Не помню Землю свою.

Но, если-б в Иныя Страны
Мы что нибудь взять могли,
Я взял бы присыпать раны
Щепотку родной земли.

Александр Ли. Снежная месса. Рига. С. 10.

* * *

Пасьянс

В глупом пасьянсе равнодушныя карты
Случайно столкнулись, чтоб смерть предречь:
Вы так задумали, загадали в марте
Скинуть тяжесть земную с усталых плеч...
Вы бросили карты, сжав холодные пальцы,
Улыбнулись грустно предстоящей весне...
И, конечно, не вспомнили о хмуром скитальце,
Вы, верно, забыли, что так дороги мне...

Но вы не уйдете так скоро навеки,
Хотя и вышли всб четыре туза ...
У вас холодныя льдинки — веки,
Но теплы любимые мной глаза...

Александр Ли. Снежная месса. Рига. С. 10.

Неизвестной

Если сердце больно сжато безысходною тоской, —
Пой о Солнце, пой о счастьи, об улыбке чьей-то пой.
Если ночью снятся тени, если кровь сосет вампир, —
Не склоняй свои колени, будет утро — будет мир.
Если друг тебя покинул близкий, нежный и родной,
Пой о дружбе, не ушел он, не забыл он, — он больной.
Если бросил он упреки в том, что ты порвала нить, —
Пусть слова его жестоки, — чувства им не изменить...

Если сердце больно сжато безконечною тоской, —
Сохрани былое свято, пой о Солнце, вечно пой...
Если-ж солнечныя дали не волнуют больше грудь, —
Пой про лунныя печали, но рабою их не будь.

Александр Ли. Снежная месса. Рига. С. 12.

* * *
Вы помните: морозный вечер,
Замерзших лужиц тонкий лед,
И звезд мигающия свечи,
И их подсвечник, — небосвод?...
Так было весело катиться
Вдоль этих, чуть замерзших, луж,
Забыв, что может разсердиться
Мой друг и ваш любимый муж ...

А после чай, как деготь черный,
(Его не в силах был я пить)
Пасьянс затейливый, упорно
Не пожелавший выходить...

Теперь, душа — безмолвный глетчер,
И в сердце тонких лужиц лед.
Увы! по ним, в морозный вечер,
Никто кататься не придет.

Александр Ли. Снежная месса. Рига. С. 17.

* * *

Нечаянной радости.

Разстелю под собой пожелтевшую хвою,
Буду молча смотреть на песчаный обрыв...
Я не знаю, — быть может, тебя я не стою,
Или просто никто и нигде не счастлив...

Видно каждому в сердце вонзилась верига,
Но свобода души непостижна уму...
Ты не бойся: — я горд для подобнаго ига;
Я уйду, не сказав о тебе никому.

Александр Ли. Снежная месса. Рига. С. 18.

* * *

На улице сегодня дождь и слякоть...
Что лето мне, когда в душе зима
И комната моя — холодная тюрьма.
Не знаю почему, но хочется мне плакать
И кажется, что я схожу с ума.
Хочу увидеть вас, в глубь ваших глаз проникнуть —
Я так люблю лучистый их отсвет,
Моя тоска находит в них ответ:
Но вы мне дороги, я к вам боюсь привыкнуть
И тем вас потерять, и головой поникнуть;
Поэтому я не приеду, нет.

Александр Ли. Снежная месса. Рига. С. 21.

* * *

В убогой комнате моей
Играет солнце ярким светом;
Корону золотых лучей
Сплетает над твоим портретом —
В убогой комнате моей...
В убогой комнате моей
Всегда цветы благоухают;
Здесь нет тюльпанов, орхидей;
Мой стол и окна украшают
Убогие цветы полей...

И часто ночью я не сплю,
Рву лепестки ромашки скромной
И в одиночестве скорблю:
Мне кажется, — из рамки темной,
Ты тихо шепчешь мне — люблю!

Я плачу! о как я устал!
И плачут, ожидая утра,
Цветы; их слезы как кристал,
Их слезы чище перламутра...
Я плачу, о как я устал!..

Проходит ночь и вместе с ней
Уходит мрак, борясь с разсветом,
И снова золото лучей
Играет над твоим портретом
В убогой комнате моей...


Александр Ли. Снежная месса. Рига. С. 22.

* * *

Ты странная, то вся порыв и ласка,
То словно тающая льдинка холодна,
То откровенна ты, то на тебе вдруг маска,
Я не могу понять, глупа ты иль умна.
То словно озаришь меня надеждой сладкой,
То вдруг тебе я сразу надоем...
Порой ты кажешься мне странною загадкой;
Вгляжусь внимательно, — загадки нет совсем...

Два полюса сошлись в тебе невольно:
Наивность датская и мудрый ум змеи...
Люблю тебя бездумно и безвольно;
Порой мне хочется тебя ударить больно,
Порою — ноги целовать твои...

Александр Ли. Снежная месса. Рига. С. 23.

* * *

Ромашки опустили венчики...
Мой вечер тих и странно нов;
Звучат в душе моей бубенчики
Каких-то прежних, ясных снов.
Ни привидений, ни кошмарности
Мне не дарит ночная мгла...
Лишь в сердце трепет благодарности,
За то, что ты со мной была...


Александр Ли. Снежная месса. Рига. С. 24.

* * *
В. М. О.
У вас такие славные глаза,
Чуть чуть прикрытые опаловою дымкой...
То искра смеха в них мерцает невидимкой,
То проскользнет нежданная слеза...

У вас такие славные глаза;
Пусть карандашик к ним слегка причастен,
Но взгляд их иногда бывает странно властен
И кажется, что может быть гроза...

А вечером как будто бирюза
Проглянет в них сквозь дымчатыя дали...
Какие добрые тогда у вас глаза,
Как много в них прощенья и печали...


Александр Ли. Снежная месса. Рига. С. 24.

www.russianresources.lt/archive/Li/Li_0.html


Не случайны на земле две дороги - та и эта.
Та натруживает ноги, эта душу бередит.
 
Форум » Лещенко Петр Константинович » Авторы песен Петра Лещенко » ЧЬИ ЖЕ СЛОВА-2 (СТРОК - ПЕРФИЛЬЕВ)
Страница 1 из 11
Поиск:

Copyright petrleschenco.ucoz.ru © 2016
Сайт создан в системе uCoz