Форум
Форум
Форма входа


Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья сайта
Информационный портал шансона

Майя Розова. Официальный сайт

Russian Records

Журнал «Солнечный Ветер»


Приветствую Вас, Гость · RSS 07.12.2016, 00:47

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Майя, Georgo, Коллекционер 
Форум » ДАНЬ ЭПОХЕ » Их соединили музыка и время » ВСПОМИНАЯ ВИТАЛИЯ БАРДАДЫМА (ОН УМЕЛ ТОЧНО РАССТАВЛЯТЬ ЦЕПОЧКУ ПОИСКА)
ВСПОМИНАЯ ВИТАЛИЯ БАРДАДЫМА
Olga777Дата: Суббота, 19.02.2011, 02:35 | Сообщение # 1
Дирижер
Группа: Администраторы
Сообщений: 718
Статус: Offline
Из записей Веры Георгиевны ЛЕЩЕНКО

Июль, 1992 год:

- У краеведа Виталия Бардадыма, как и у Сергея Суляка, другой подход. Они стремятся узнать, найти. Они приводят факты, которые пытаются обосновать. Конечно, не обходится без неточностей, но все что ими написано, ближе к истине. Я виновата перед Бардадымом. Прислал как-то мне письмо он и целый список вопросов. Я звоню Мангушеву (Olga-ростовский коллекционер), спрашиваю, знает ли он такого краеведа из Краснодара - Виталия Бардадыма. Разозлился Мангушев, кричать стал в трубку: "Как он посмел. Я дал ему ваш адрес, но не для того, чтобы он книжки писал и вас использовал, как подручную. Я просил вам передать для меня записи Петра Константиновича".
Я все же ответила на вопросы Виталия Петровича, но он больше не позвонил, я и не стала отправлять ему свои записки.


Февраль, 1994 год:

- Когда вышла книга "Тот самый Петр Лещенко", Мангушев признался мне, что это он запретил Бардадыму мне звонить. Ну и зря, меньше было бы ошибок. Я прочитала. Неожиданности были. Кое-что взяла на заметку. Краеведы умеют точно расставлять цепочку поиска.

Март, 1994 год:

- Перечитала Бардадыма. Не осуждаю за высказывания, не очень лестные, в мой адрес. У него были причины не любить меня, да я и не стремилась никогда всем нравиться. ВПБ не получил от меня ответа, обиделся. Причина - раз-з. Обо мне ему рассказали известная Алла Баянова и Бибс, а им нужно было меня очернить. Поводы для неприятия ко мне у них разные, но цель одна. Вот вам и причина - два-а! Не собираюсь оправдываться, но наши отношения с Петей были совсем иными, я никогда не выгоняла Игоря. У меня с ним не случилось дружбы и любви только потому, что я для него была коммунякой из СССР. Игорь еще подростком, когда мы с Петей провожали мою маму с братьями в Одессу, очень зло выговаривал: "Что вы там забыли? Зачем туда ехать?". Игорь, как показало время, оказался прав, мы с Петей были наивны. Вот единственная причина нашей не сложившейся дружбы с Игорем. Не сказать об этом не могла, потому что помню трогательное отношение Пети к сыну, и Петя никогда не позволил бы никому обидеть Игоря. Он меня бы выгнал скорее. Только это оспорю, так как бросает тень на Петю и его искреннюю любовь к сыну. А меня не обидел ВБ и знаете, почему? Он написал о Пете с любовью, не себя выставляя, а Петр Лещенко - для него самое главное. Это подкупает. Хотя, конечно, ляпов хватает.

Август, 2009 год:

- Бардадым еще поточнее в своих писаниях...

Виталий Петрович Бардадым



Родился 24 июня 1932 года в семье потомственных казаков
1937 - Расстреляли отца, мать с детьми выслали в станицу Пашковскую
1951-1955 Служба на Флоте. Совмещая службу с учебой, окончил 10-й класс вечерней школы
1978 - Вышла первая книга "Этюды о прошлом и настоящем Краснодара"
2009 - Вышла в свет последняя книга "Атаманы".
Является автором историко-краеведческих книг: "Радетели земли кубанской"(1986, 1998),
"Этюды о Екатеринодаре" (1992),
"Ратная доблесть кубанцев" (1993),
поэтических сборников "Казачий курень" (1992),
"Сонеты" (1993),
а также таких книг, как "Серебряная ложка" (1993),
"Зодчие Екатеринодара" (1995),
"Кубанские портреты" (1999),
"Ими восхищались кубанцы" (2006),
"Тот самый Петр Лещенко", (1993),
"Александр Вертинский без грима" (1996),
"Юрий Морфеси. Баян русской песни" (1999).

Как писала "Живая Кубань", в августе прошлого года вышла из печати 34-я книга известного краеведа "Атаманы". До этого он закончил две рукописи - "Жизнь генерала Шкуро" и "На берегах кубанских".

12 ноября 2010 года. Не стало Виталия Петровича Бардадыма.


Не случайны на земле две дороги - та и эта.
Та натруживает ноги, эта душу бередит.
 
MacFinderДата: Воскресенье, 18.11.2012, 23:59 | Сообщение # 2
Зритель
Группа: Пользователи
Сообщений: 11
Статус: Offline
Прочитал, правда давно уже книгу Бардадыма, Александр Вертинский без грима. Двойственное впечатление, ощущение, что писали два разных человека. С одной стороны признаётся в своей любви к артисту, с другой антисемитские нотки и намёки на происхождения Вертинского. Плюс обвинения в сотрудничестве, в период эмиграции Вертинского, с советскими спецслужбами.

Но фактологический материал собран интересный.
 
Olga777Дата: Понедельник, 19.11.2012, 00:59 | Сообщение # 3
Дирижер
Группа: Администраторы
Сообщений: 718
Статус: Offline
Вера Георгиевна, верно подметила, что краеведы умеют "точно расставлять цепочку поиска". Виталий Петрович был милейшим человеком, но очень спешил с изданием своих книг. Спешил издать, не проверив до конца тот самый, как вы пишите, "интересный фактологический материал". Упреки наши теперь - в пустоту. Впрочем, поэтому, видимо, и спешил, хотел при жизни увидеть свои книги.
Мы с Верой Георгиевной говорили как-то о том, что, если бы наши уважаемые коллекционеры и краеведы не прятались бы по своим норам и не тянули каждый одеяло на себя, то проку было бы больше. Вместе мы всегда сильнее. Мы счастливы, что у нас есть Коллекционеры, с которыми мы сильнее, которые нам никогда не отказывают в помощи.
Вот покойный Мангушев, желая все на себе замкнуть, дал в свое время координаты Верочки Лещенко Бардадыму, чтобы тот передал через нее Мангушеву записи Петра Лещенко, при этом категорически запретил задавать ей вопросы, консультироваться с ней. Бардадым нарушил это условие, но, получив гневное письмо от Мангушева, пообещавшего скандал в прессе, не стал настаивать на дальнейшем общении с Верой Лещенко и оставил многие свои находки полуфабрикатами, не довел до конца свои поиски по некоторым фактам из жизни Петра Лещенко. Результат - "Тот самый Петр Лещенко".
Ошибка на ошибке, а такой потенциал был хороший.
Что касается книги о Вертинском, то там другая беда... Я считаю, что воспоминания надо писать только о тех людях, которых любишь, тогда, хвалишь ты или критикуешь, не будет двойственности.
Виталий Петрович признавался, что Вертинский - не его герой. Вот и надо было остановиться на описании своих находок, на фактах, спорных и доказанных, но браться за жизнеописание человека, которого не понимаешь и не принимаешь, не стоило. В таких случаях проигрывает автор, не герой его. Что и случилось с книгой Бардадыма.


Не случайны на земле две дороги - та и эта.
Та натруживает ноги, эта душу бередит.
 
КоллекционерДата: Понедельник, 19.11.2012, 11:17 | Сообщение # 4
Капельмейстер
Группа: Модераторы
Сообщений: 160
Статус: Offline
Ольга, абсолютно согласен с Вами, не надо было Бардадыму браться за книгу об артисте, творчество которого он не понимал и не принимал. Безусловно, В.П. Бардадым -выдающийся краевед, и деятельность его в этой области трудно переоценить.
Но что касается книги о Вертинском, то книгу эту, хотя она и содержит интересную документальную информацию, без преувеличения можно назвать сборником «компромата» на Вертинского: собраны воедино отрицательные отзывы разных людей о певце, непроверенные слухи, личные бездоказательные отрицательные выводы и умозаключения автора. Один яркий пример: Бардадым намекает на то, что Вертинский был … евреем, даже пытается это доказывать, и тут же обвиняет Вертинского в … антисемитизме. И это при том, что первая жена певца была еврейкой (Потоцкая Рахиль Яковлевна) и большинство аккомпаниаторов, с которыми работал Вертинский, были еврейской национальности! Абсурдность инсинуаций Бардадыма очевидна. Не говорю уже об оскорбительных эпитетах в адрес артиста, на которые не скупится автор книги.
Очень сожалею, что имею некоторое отношение к такой книге. Дело в том, что В.П. Бардадым обращался ко мне с просьбой прислать для книги некоторые материалы, что я и сделал, не предполагая, что человек, написавший хорошую книгу о Петре Лещенко, может собирать материал о Вертинском с единственной целью – написать отрицательную книгу о выдающемся артисте! Символично, что обложка книги ярко-желтого цвета, что полностью соответствует ее содержанию.
Негативного мнения о книге Бардадыма придерживаются и другие коллекционеры, предоставлявшие документы для его книги, а также большинство людей, прочитавших ее.

Вот рецензия на книгу В.П. Бардадыма «Вертинский без грима», с автором которой я абсолютно солидарен.

С.Боровиков

О печальном Пьеро, чекисте и сионисте

Виталий Бардадым. Александр Вертинский без грима.
— Краснодар: Советская Кубань, 1996. — 208 с.


Два вопроса волнуют автора книги.
Первый: был ли Александр Вертинский тайным зарубежным агентом НКВД?
Если верить краснодарскому краеведу, то был, доказательством чего стало сочинение и исполнение певцом в 1935 году просоветской песни “О нас и о Родине”: “Вертинский вдруг сбросил свою маску, которую он носил долгие годы.” Странное, однако, поведение для законспирированного агента — сбросить маску. Но упорный смыватель грима мыслит понятными ему категориями; перечислив полученные певцом в СССР блага, он вопрошает: “За что же такие милости свалились на возвращенца? За какие такие заслуги? Не за песенки же Пьеро? <...> Совершенно абсурдной кажется реплика, приписываемая И. В. Сталину: “Пусть допоет!” Глава Советского государства не был невеждой. Он любил искусство”.
Второй вопрос: был ли Александр Вертинский евреем? Это интересует автора даже более, чем подвиг разведчика. Ведь его крайне беспокоит всемирное засилье евреев. Выражается он чаще старомодно, прибегая к советскому эвфемизму: сионисты. Они-то и обеспечили славу Вертинскому. Ведь в юности он печатался в журнале “Киевская неделя”, где “мы встречаем фамилии Бернер, Гольдман, Крон, Либерман, Лудберг, Эльснер и др.” Латвийской визы для певца добивался “некий Абрам Моисеевич Копеловский”. А если в Америку Вертинского пригласили, по его словам, друзья, то резонен вопрос: “Кто они, его друзья? Быть может, восхищенные его песнями слушатели Тель-Авива, в руках которых сосредоточена вся мировая пресса (реклама)...” А высокое самомнение артиста было вызвано похвалами, которые расточала в его адрес “вся европейско-сионистская пресса, которая сразу же признала в нем, в его рафинированном искусстве “своего человека”. Апогеем же низкопоклонства Александра Николаевича перед сионистами стали его гастроли в Палестине. Знаменитое “Палестинское танго” возмущает В. Бардадыма: ведь речь идет “о той исконно арабской многострадальной земле, куда пришли незваные иноверцы, оккупировали ее и залили кровью местных патриотов, их матерей и детей! Не злая ли это насмешка “сумасшедшего шарманщика”...
Нужно очень постараться, чтобы подверстать Александра Вертинского к арабо-израильскому конфликту, но — взялся за гуж... Ведь и у самого артиста, уверяет автор, “запутанная родословная”, из-за чего и бежал он из Германии с приходом к власти фашистов. Видимо, убежден, что не еврею незачем было расставаться с Гитлером. Вся же запутанность происхождения заключалась в том, что отец певца Николай Петрович Вертинский не мог венчаться с его матерью Евгенией Степановной Сколацкой, т.к. не был разведен с первой женой…
Неприязнь автора к Вертинскому вызывает недоумение: что же заставило его взяться за книгу? Ведь, по его мнению, Вертинский не годится в подметки великим “едва ли имеющим аналог в отечественной и зарубежной эстраде ХХ века” Петру Лещенко и Юрию Морфесси. И хоть Вертинский “намного превосходит Булата Окуджаву, но все же его песенки — это “переделки с французского (оригиналы, если поискать, найти нетрудно)”, чего, однако, Бардадым почему-то не сделал.
Иногда снисходительно похвалив певца, он тут же уличает его в неискренности и самовлюбленности, отсутствии вкуса и плагиате. Анализировать тексты краевед не в состоянии и почти не занимается этим, но уж если возьмется, то выходит следующее: “В каждую песню артист вкладывал частицу своей души, своего повседневного бытия. <...> Вот выдержки из романса “Прощальный ужин”. Уже с первых слов вас охватывает меланхолическое настроение расставания” (цитата в одну строфу). “Далее следует откровенное сожаление” (еще строфа). “По мере развития сюжета происходит накал чувств” (три строфы) и т.д.
Особое место в книге занимает изничтожение воспоминаний певца. Вертинский-мемуарист и в самом деле нередко хвастлив, очень часто неточен — нормальные свойства памяти “звезды”, к тому же надо учитывать годы, когда Александр Николаевич писал в расчете на публикацию. Бардадым же именует мемуары не иначе как “Мюнхгаузениадой Вертинского”. И все же Александр Николаевич не утверждал, как ему приписывается, что “среди друзей его были Блок и Рахманинов”. И с Шаляпиным встречался не раз, во что отказывается верить краевед из Краснодара. “Единственная вероятная встреча Вертинского с Шаляпиным состоялась в Шанхае, в “Катей-отеле”, где останавливался великий артист за день до его отъезда”. И — по В. Бардадыму, щедрый на похвалы Федор Иванович сделал знаменитую дарственную надпись на своей фотографии, где назвал Вертинского “сказителем”. И было это в 1936 году. Но на фотографии, воспроизведенной в известном шаляпинском трехтомнике, явственно читается дата: 1933. И была еще единственная телеграмма из Токио, которой якобы хвалился Вертинский. Про телеграмму ревнитель документальности узнал из книги “А. Вертинский. Дорогой длинною. 1990 г.”, где она воспроизведена неточно, но если бы он заглянул в ЦГАЛИ, где хранится архив артиста, то обнаружил бы кроме этой, от 3 января 1929 года, телеграммы прелестное пасхальное письмо: “Спасибо, милый Александр Николаевич, за кулич. Посылаю Вам в свою очередь бутылку. Кушайте на здоровье. Открывать надо осторожно. Пробка очень слабая. Возьмите хороший штопор и запускайте его боком. Христос Воскрес! Обнимаю, Шаляпин.” И штопор нарисовал Федор Иванович, каковым следует пользоваться.
Безапелляционность всегда связана с некомпетентностью: “Полны издевательства, грубости и насмешки его “Лимитрофы” (само мудреное название, восходящее к Древнему миру, и весь стихотворный текст — это смесь пижонства и дерзости)”. В. Бардадыму невдомек, что кроме известного ему значения мудреного слова — им обозначались пограничные области Римской империи, — в 20-30-е годы нашего века лимитрофами именовались государства Европы, граничившие с СССР, и написанное в 1927 году стихотворение создавалось именно в таком государстве, а именно — в Литве, в Каунасе.
Грубость, тенденциозность, неопрятность книги “Александр Вертинский без грима” таковы, что естественны вопросы: есть ли в ней хоть какая-нибудь ценность и к чему вообще обращать на нее внимание? Начну со второго. Не так много было и есть работ об удивительном явлении русской культуры по имени Вертинский. За последние годы вышла добросовестная, хоть тоже не без греха по части достоверности книга В. Г. Бабенко “Александр Вертинский. Материалы к биографии. Размышления”, Свердловск, 1989 г. И остается все еще неосмысленным творчество печального Пьеро, причины его невиданного успеха, доходившего до массового поклонения в весьма непохожие исторические эпохи. После войны существовало даже негласное общество “вертинистов”, осколки которого доживают еще в наших городах. Поэтому всякое новое слово, хотя бы и столь вульгарное, обращает на себя внимание.
И достоинства у книги тем не менее есть. В известных пределах В. Бардадым собрал и сообщил новый материал: почти преимущественно публикации латышской и бессарабской прессы времен пребывания там Вертинского. При этом, правда, создался некий географический перекос: Латвия и Бессарабия занимают в книге столько места, что можно подумать, что певец оттуда не вылезал. Еще ясно, что автор — опытный коллекционер пластинок. Как и в его предыдущей книге “Тот самый Петр Лещенко”, Краснодар, 1993, приведена обширная дискография, перечень изданий нот, репертуар. Увы, и здесь коробит от самодеятельных справок, вроде того, что в “белой лире” Георгия Иванова “советские критики не без оснований усматривали эпигонство и подражательность”, или наивного утверждения, что издатель нот Б. Л. Андржеевский сообщал на них о своем исключительном праве из-за того, что дорожил именно Вертинским, но то была повсеместная практика и не только издательства “Прогрессивные новости”. Есть и неточности, и пробелы, скажем, неизвестным оказался автор знаменитой песенки “Оружьем на солнце сверкая”, очень популярный в начале века сочинитель и исполнитель В. А. Сабинин.
И ведь бы мог В. Бардадым (он же редактор собственной книги — любопытное ноу-хау краснодарских издателей) сделать небольшой дайджест об отзывах прессы, выпуске пластинок, нот, если бы не претензия на сенсацию, снятия грима, мнимые разоблачения.
 
Olga777Дата: Понедельник, 19.11.2012, 12:31 | Сообщение # 5
Дирижер
Группа: Администраторы
Сообщений: 718
Статус: Offline
Говорят, "об ушедших или хорошо, или - ничего".
Но ведь бывают ситуации, когда говорить неприятные вещи об ушедших не просто приходится, но и надо.
Аргумент первый: память должна быть честной. К сожалению, Виталий Бардадым эту заповедь нарушил.
И аргумент второй: не тиражируй свое мнение, основанное на фактах, в которых ты не уверен.
И эту заповедь нарушил автор книги "Александр Вертинский без грима".




Думаю, ни Коллекционер, ни MacFinder, не позволили бы себе бросить необоснованные упреки Виталию Бардадыму. С моей стороны, гарантирую, тоже не было подобного желания. Напротив, не сомневаюсь, что Виталий Петрович признал бы критику. Знаю не с чужих слов, что он переживал и очень хотел исправить сложившуюся вокруг его книги ситуацию. Он стал искать новые доказательства и готов был озвучить свои ошибки. Не успел.
ИМЕННО ПОЭТОМУ ТАКОЙ РАЗГОВОР НУЖЕН! Нужен Виталию Бардадыму, в память о нем. И это - аргумент третий, что об ушедших иногда необходимо говорить нелестные слова.


Не случайны на земле две дороги - та и эта.
Та натруживает ноги, эта душу бередит.
 
Форум » ДАНЬ ЭПОХЕ » Их соединили музыка и время » ВСПОМИНАЯ ВИТАЛИЯ БАРДАДЫМА (ОН УМЕЛ ТОЧНО РАССТАВЛЯТЬ ЦЕПОЧКУ ПОИСКА)
Страница 1 из 11
Поиск:

Copyright petrleschenco.ucoz.ru © 2016
Сайт создан в системе uCoz