Форум
Форма входа


Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья сайта
Информационный портал шансона

Майя Розова. Официальный сайт

Russian Records

Журнал «Солнечный Ветер»


Наш код баннера
Петр Лещенко. Официальный сайт



Приветствую Вас, Гость · RSS 18.10.2017, 01:26

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Майя, Georgo, Коллекционер 
Форум » ДАНЬ ЭПОХЕ » Их соединили музыка и время » Эугениуш БОДО. ОБОРВАННАЯ ПЕСНЯ (Из бутырских воспоминаний Альфреда Мирека. Часть 4)
Эугениуш БОДО. ОБОРВАННАЯ ПЕСНЯ
Olga777Дата: Среда, 23.11.2011, 00:11 | Сообщение # 1
Дирижер
Группа: Администраторы
Сообщений: 742
Статус: Offline


Мирек А. М.
Тюремный реквием:
записки заключённого

/предисловие Г.Е. Логвиновой. М.:Права человека, 1997. - 319 с ил./

АЛЬФРЕД МИРЕК. Бутырская тюрьма. 1943 год

Рассказывает Альфред Мирек, стр.134-137:
...Встретил я в «Бутырках» и знакомого - талантливого польского артиста кино, эстрады и варьете Эугениуша Бодо (настоящая фамилия - Жюно).



Эугениуш БОДО

В свое время миллионы людей слышали на концертах, с эстрады, с киноэкранов и пластинок голос этого популярнейшего польского актера кино, эстрады, оперетты, варьете. Он был известен и популярен не только в Польше, но и во многих странах Европы. Как у нас, например, Леонид Утесов или Андрей Миронов.

Бодо начал свою карьеру в 1925 году, появившись впервые на сцене одного из известных варшавских кабаре, где представление начиналось с песенки стражника в блестящей каске со столь же блестящей алебардой в руках и поясом на франтоватой яркой форме. Неизвестный никому тогда еще артист пел песенку столь темпераментно и увлеченно, что она создавала приподнятое настроение у зрителей на весь спектакль. Юного дебютанта сразу же заметили. Он тут же получил приглашение на другие сцены кабаре «Сфинкс», «Персидское Око», «Кви про Кво», «Черный кот», «Казино де Пари» и другие. Карьера и признание его таланта росли как на дрожжах. Он был невероятно жизнерадостным, веселым острословом, имел приятный голос, прекрасно мимифицировал, при высокой стройной фигуре блестяще танцевал.

Все его природные качества расцветали в окружении популярных и не менее, талантливых актеров тех лет, и ему было у кого учиться. Вскоре он становится ведущим в группах актеров, уже имевших имя. Это - Витольд Ролянд, Тадеуш Ольша, Людвиг Семполинский (у него он учился танцевать), очаровательная Янина Соколова (одна из его партнерш) и другие, чьи яркие имена не сходили с афиш. В кино частым партнером его был хорошо известный нам Адольф Дымша.

Он попал на сцену в период наибольшего возрождения в стране и расцвета веселого жанра кабаре (1929-1933 гг.). А как известно, становление веселых жанров, песен, танцев, водевилей и оперетт обычно совпадает с возрождением и расцветом нации, страны, государства. Именно такой процесс и происходил в годы правления великого национального патриота Юзефа Пилсудского.

К середине 1930-х годов слава Эугениуша Бодо выходит за пределы своей страны. Он выступает во Франции, Италии, Чехословакии, Испании, Швейцарии... Публика раскупает его буклеты, фото и открытки. Об артисте восторженно упоминают в книгах и очерках.

Здесь нужно отметить, отходя от хронологии, что после войны в справочной литературе обозначаются не только дата его рождения, но и смерти - 1941 год. Когда я был после войны в Польше, мне рассказывали распространенную легенду, что немцы в начале 1941 года с самолета расстреляли автобус с артистами. Автобус ехал по шоссе, загорелся, и все погибли, и вместе со всеми и Эугениуш Бодо. Ох, уж эти немцы! Нас, и не только нас, но и весь мир 50 лет уверяли Молотов и Вышинский (а коммунисты - это совесть и честь нашей эпохи), что именно немцы расстреляли 20 тысяч польских пленных офицеров в Катыне и под Калининым (Тверью), и мы не могли сомневаться в этом. Так что им, немцам, стоило еще расстрелять и автобус с артистами...

В 1940 году я видел Э. Бодо на концертах в Москве, во время гастролей Львовского Теа-джаза Генрика Варса. Как-то в отделе пластинок Москворецкого Мосторга я услышал знакомый, полюбившийся мне голос: «Отчего я сам не знаю, но всегда я вспоминаю нашей весны последний день, в парке цветущую сирень. Прожили мы день весенний, отцвели цветы сирени...» Звуки в ритме танго громко разливались по залам магазина. Я купил пластинку и заводил ее часто.






А через три года состоялась и встреча с певцом.


Эугениуш БОДО. БУТЫРСКАЯ ТЮРЬМА. 1943 год

Вот мы сидим на нарах в 1943 году в «Бутырках» с тем самым Эугениушем Бодо, «расстрелянным» под Львовом немцами.

Вот как он сам рассказал свою историю:

- 26 июня в 11 часов в мою квартиру во Львове вошли сотрудники НКВД и приказали быстро спуститься с ними в машину. Я успел схватить плащ и шляпу в прихожей. К городу подходили немецкие танки. Решив, что меня хотят спасти от оккупации, предоставив лучшие условия, я с добрыми шутками сел с ними в машину. Мы мчались по шоссе, как сумасшедшие, весь день. Потом я понял, что товарищи схватили первого, кого застали дома, на выбор не оставалось времени, а с пустыми руками приехать в Москву - могло не понравиться начальству. За все время моего пребывания здесь меня никто не вызывал и ни о чем не спрашивал.

Мы подружились, делили те скудные передачи, которые я получал. Помню, я разрезал пополам вареную картошку, посолил, и мы съели ее с большим удовольствием, каким сейчас некоторые едят шоколадные трюфели.

Я называл его «Жено», - ему так больше нравилось. Он много рассказывал о Польше, Варшаве, варшавянах, о своих выступлениях, гастролях по другим странам.

- Однажды я выступал в Милане. И получился такой забавный случай. Проходя по улице, я увидел в витрине одного магазина белый костюм, модно сшитый, из очень хорошего материала. Померили. Мне костюм очень понравился, но нужно было чуть поправить по фигуре и немного укоротить брюки. Владелец магазина записал гостиницу и номер моей комнаты.

- Вечером мальчик вам все привезет.
- Но учтите - я уезжаю в 9.
- Он привезет раньше.
- Костюм я не получил. А уже в Варшаве вдруг мне вручают посылку. В ней костюм и большое письмо с тысячами извинений. Мальчик перепутал адрес, а когда он вернулся и во всем разобрались, было уже поздно. Я выслал деньги и уже забыл об этом случае. Однако этот итальянец присылал мне поздравления с рождеством и пасхой и вкладывал какой-нибудь сувенир: галстук, запонки и все еще извинялся, что так получилось с костюмом.

Я получал открытки, письма и даже посылки с коротким адресом: «Варшава, Эугениуш Бодо». И всегда все доходило.
Из его обрывочных фраз складывались фрагменты его ареста и стремительного перемещения из Львова в Москву.

- К вечеру того злополучного дня мы остановились по дороге в крупном городе, чтобы заправиться и поесть. Меня заперли с машиной в охраняемом гараже Управления. Спал сидя в машине. Еды не дали ни крошки, правда попить удалось из крана, к счастью имевшегося в гараже. Здесь я понял, что никто меня спасать не собирался, что везут меня, как курицу с базара, брошенную в багажник. Для них это была добыча, в общем-то уже неодушевленная, формально необходимая по долгу службы.

Рано утром они вошли в гараж, сытые и пьяные. Их невозможно было узнать, так они изменились: из трусливых, озирающихся, маленьких, бледнолицых, с бегающими глазами ничтожеств они превратились опять в самодовольных, розовых, мордастых, с наглым взглядом властителей великой советской страны, созидателей мировой революции.

Когда они влезали в машину, переговариваясь друг с другом, упорно не замечая его присутствия, а затем с силой захлопнули дверцы, он понял: захлопнулась западня, из которой ему уже не вырваться.

В начале апреля 1943 года я ждал отправки в лагерь. Бодо оторвал от левой полы своего светлого плаща квадрат подкладки, ссучил нитки из полотенца, попросил у кого-то толстую самодельную тюремную иголку и, закатывая на колене края, подшил их. Получился платок. Это все, что он мог подарить мне на память. И эту память я пронес через обыски и лагпункты и храню до сих пор. В свою очередь, я оставил ему сумку-мешочек от одной из передач. Потом случайно узнал: он умер в лагере на севере под Кировом в сторону Архангельска в конце лета 1943 года. Когда мы расставались, у него были опухшие ноги и лицо. Стараясь заглушить чувство голода, он много пил кипятка, добавляя в него щепотку соли. Я не давал соль, но он так просил, что отказать было невозможно. Это, конечно, ускорило трагический исход.

Вскоре после моей отправки и его вызвали на этап. С большим трудом, поддерживаемый с двух сторон, цепляясь обеими руками за ручки тюремной машины, он оказался в ней. Ни шляпы, ни личного мешочка у него уже не было. Не было и никакого восприятия того, что с ним происходит. В вагон втаскивали с помощью конвоя, так как он сделался совершенно немощным - маленьким сгорбленным стариком в... сорок лет. Его толкали, пихали снизу, тянули за воротник сверху из вагона, как безжизненный мешок. Он с полузакрытыми глазами бессознательно шептал: «Проше поводе... дзенкуе... проше...». Это больше было похоже на истязание больного, чем на помощь. Плащ, к тому времени не имевший пуговиц, зацепился за что-то, и полы его разорвались от резких движений конвоя. Неудивительно - он носил его два года не снимая.

По прибытии на место он уже был в предсмертной агонии. Так на грязном, пропитанном мочой полу товарного вагона, в рваных лохмотьях умирал талантливейший артист своего времени, которому рукоплескала публика всех стран Европы.
Наша крепкая дружба с Бодо родилась не только на интернациональных чувствах, которые, безусловно, в данном случае играли решающую роль, но и просто из человеческих - чувства сострадания. В камере он был какой-то неприкаянный, отвергнутый, не находивший ни у кого сочувствия. А не общался с ним никто, потому что - иностранец. Тогда это было очень страшно, можно схватить еще одну статью («связь с иностранцем»). А то, что он был иностранец, выдавало все: не только поведение, выдержка, воспитанность, но, главное, внешний вид - на нем все было антисоветского производства.

Уже в наше время, после появления публикаций моего материала о Жюно-Эугениуше Бодо в польских газетах «Жиче Варшавы» и «Штандарт млодых», меня разыскала племянница Ж.-Е. Бодо Вера Рудзь из Томашова. Она 60 лет разыскивала своего знаменитого дядю. Невозможно передать ее переживание и радость, прочитав эти публикации. И еще больше, когда нашла человека, который был рядом в последние дни жизни с близким ей человеком. Мы стали переписываться.
В прошлом году В. Рудзь получила, наконец, официальный документ через Общество «Красного Креста» Российской Федерации. «Жено-Бодо Евгений-Богдан, 1899 г.р., артист-режиссер, был арестован 26 июня 1941 г., как социально опасный элемент и постановлением Особого совещания при НКВД СССР заключен в исправительно-трудовой лагерь сроком на 5 лет. Срок наказания отбывал в Бутырской тюрьме (г. Москва) и Архангельской области. Умер 7 октября 1943 г. Сведений о месте захоронения не имеется. В соответствии со ст. 3 закона Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» от 18.10.1991г. Жено-Бодо Евгений-Богдан реабилитирован».

Вот и все.

А для кого же он был «социально опасным элементом»? А кто же ответит за его мучения и смерть? И с кого спросить за миллионы затерянных где-то могил?

Однако еще тогда, находясь в камерах Бутырской тюрьмы, я стал понимать: мы, советские люди, можем гордиться, что создали единственный в мире, самый великий государственный строй, в котором никто ни за что не отвечает.


Обавторе:
Альфред Мартинович Мирек - доктор искусствоведения, профессор, специалист в области баяна и аккордеона, коллекционер музыкальных инструментов. Он автор 12 книг историко-конструкторского и методико-педагогического плана, а также более 200 статей, изданных в нашей стране и за рубежом. Им написаны две диссертации - кандидатская и докторская. Он занимал и административные должности - директора Всероссийских курсов повышения квалификации работников культуры и искусств, а затем был директором Московского областного музыкального училища.

Альфред МИРЕК (подробно о нем читайте по ссылке: http://petrleschenco.ucoz.ru/forum/26-316 )
Более четверти века А. Мирек проводит выездные лекции по городам Центральной России, Сибири, Урала, Средней Азии, Поволжья, в ближнем и дальнем зарубежье.

Деятельность профессора А. М. Мирека в области культуры и искусства часто отражается в периодической печати нашей страны и за рубежом (во Франции, Дании, Польше, США, Нидерландах,
Чехии, Финляндии). Богатый опыт, знания, новые научные изыскания и открытия профессора Мирека представляют большой вклад не только в отечественную, но и мировую науку. Он выступает с научными докладами на Международных симпозиумах и семинарах. Он систематически дает отзывы и заключения на новые научные труды, выступает официальным оппонентом на защитах диссертаций.

Но, пожалуй, главное - это то, что профессор Мирек продолжает и сегодня вести научно-исследовательскую работу. Он полон энергии и планов. В 1989 году им создана «Схема возникновения и классификации основных моделей гармоник в мире. 1700-1990» (издана в 1992 г.). Затем издаются «Основы постановки аккордеониста». В 1994 году выходит из печати энциклопедия «Гармоника. Прошлое и настоящее», в 1995-м - «Курс эстрадной игры на аккордеоне». В этом же году он был награжден государственной наградой - почетным званием Заслуженный деятель искусств России.
А. Мирек - член культурной ассоциации Российско-Польской дружбы «Дом польский», член совета доверенных лиц Американского общества бывших советских политзаключенных (Нью-Йорк, США), член историко-просветительского правозащитного общества «Мемориал», член Совета Старейшин Российской Ассоциации жертв политических репрессий (Москва), член Российской Ассоциации музыкальных мастеров, главный эксперт.

А. Мирек обладает огромной волей, целеустремленностью, уникальной памятью и работоспособностью. Все эти качества в сочетании с неиссякаемым чувством юмора позволили написать ему эту литературного склада книгу «Записки заключенного», в которой захватывающий литературный сюжет сочетается с предельной фактологической точностью.


Редактор Г. Е. Логвинова

©http://petrleschenco.ucoz.ru


Не случайны на земле две дороги - та и эта.
Та натруживает ноги, эта душу бередит.
 
Форум » ДАНЬ ЭПОХЕ » Их соединили музыка и время » Эугениуш БОДО. ОБОРВАННАЯ ПЕСНЯ (Из бутырских воспоминаний Альфреда Мирека. Часть 4)
Страница 1 из 11
Поиск:

Copyright petrleschenco.ucoz.ru © 2017
Сайт создан в системе uCoz