Форум
Форум
Форма входа


Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья сайта
Информационный портал шансона

Майя Розова. Официальный сайт

Russian Records

Журнал «Солнечный Ветер»


Приветствую Вас, Гость · RSS 04.12.2016, 23:22

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Лещенко Петр Константинович » Авторы песен Петра Лещенко » ЧЬИ ЖЕ СЛОВА? (Возвращаясь к теме авторства СТРОК - ПЕРФИЛЬЕВ.)
ЧЬИ ЖЕ СЛОВА?
GeorgoДата: Понедельник, 23.07.2012, 16:12 | Сообщение # 1
Дирижер
Группа: Администраторы
Сообщений: 326
Статус: Offline
ИСТОЧНИК:

http://www.russkije.lv/ru/pub/read/y-abizov-whose-words/

ЧЬИ ЖЕ СЛОВА?

ДАУГАВА, 1991, № 3/4

ЮРИЙ АБЫЗОВ

Долгие годы, пока Александр Вертинский пел в эмиграции, на всех его пластинках и нотах можно было увидеть: “Бразильский крейсер”— слова А.Вер­тинского, “У высокого берега”— слова А. Вертинского, “Чужие города” — слова А. Вертинского. И только когда пластинки с песнями Вертинского принялась выпускать наша фирма “Мелодия”, пришлось вспомнить об авторском праве. Оказалось, что “Бразильский крейсер” написал Игорь Северянин, “У высокого берега” — Александр Блок, а “Чужие города”— Раиса Блох.


Мир песенной эстрады сродни Дикому Западу, а уж песенной эстрады эмигрантской и вовсе не знал никакого закона.

Принесла случайная молва
Милые, ненужные слова… —

это из “Чужих городов”.

Так что же принесла “случайная молва”, о чем она пыталась уверить в беседе Т.Турчиной с Константином Сокольским, напечатанной в газете “Советская молодежь” от 8. 3. 90?

Темой беседы был “король танго” Оскар Строк. Надо ли говорить, что любой рассказ очевидца-старожила всегда воспринимается нами с благодарностью: вот еще горсточка фактов и деталей, которые уже не исчезнут, а будут кем-то и когда-то использованы для воспроизведения эпохи.


Хотя, как известно, истину поверяют здоровым сомнением, от чего — если она действительно истина — она ничуть не пострадает.

Что ж, попробуем усомниться и поделиться своими сомнениями.

К.Сокольский рассказывает:

“Как он сочинял? Он бегал пальцами по клавишам, и рождались какие-то фрагменты мелодии… Потом приходили слова. Строк был тогда чуть ли не единственным композитором, сочинявшим и тексты к своим мелодиям. Я как-то спросил: “А почему ты сам пишешь слова к своим танго? Ведь можно взять готовые понравившиеся стихи и написать к ним музыку? Так делают все”. Он прищурился на меня и сказал: “Ты, конечно, прав, но я не хочу, чтобы моя музыка просто иллюстрировала чужую мысль. Мне нужно, чтобы слова и музыка исходили из одного источника, чтобы одно влияло на другое”.

Был ли такой разговор? Сочинял ли О.Строк слова? Первое просто сомнитель­но, а второе — абсолютно не соответствует действительности.



Наблюдение за современной и прежней практикой рождения песенных текстов приводит только к одному выводу: поэты могут рождать хотя бы незамысловатую мелодию на свои стихи (А.Галич, Б.Окуджава, Н.Матвеева, Ю.Ким, В.Высоцкий), а вот профессиональные авторы мелодий еще ни разу не сочинили ни одного приличного текста.

Практика эстрадных композиторов показывает, что в подавляющем большинстве случаев сначала рождается мелодия, к которой композитор просит поэта написать текст, предлагая в качестве исходного материала так наз. “рыбу”, то есть набор слов, отчетливо ритмизованных и фразово выпуклых. По этой “рыбе” поэт-песенник и “делает текст”, руководствуясь наказом сделать “раздумчивее” или “умственнее”.

Наивно полагать, что можно взять любой поэтический текст и написать по нему танго, в котором диктат принадлежит мелодии.

Тексты всех танго О.Строка никак не дают оснований считать, что в первоосно­ве их лежала какая-то самобытно-оригинальная “мысль”, как утверждает К.Со­кольский: мысль, требующая непременно именно такого вот музыкального выражения.

Лучше не надо говорить о мысли. Достаточно, если будет хотя бы чувство.

Насколько бывают глухи и нечутки к слову эстрадные певцы, аранжировщики и кустарные издатели шлягеров, говорить не приходится.

Сейчас уже мало кто помнит популярную в 20-х годах песенку “Бублички”, завезенную из Советской России и в Ригу, где ее лихо исполнял “Савой-бэнд” в прославленной “Альгамбре”. Воспринята она была со слуха и вот так напечата­на в издании К.Рейнгольда:

... Не плакай Феничка
Сказал мне Сеничка
Пожди маленечка
Мы в ЗАГС пойдем.

И жду я с мукою
Тоской и скукою
По переулочкам
Пока ж брожу…

Год у хозяина
Проклятье Каина
Потом на улицу
Меня прогнал

Кормилась дрянею
Считалась нянею
У одиночки ж я
Да кустаря…

Ни рифмы, ни грамматики, ни пунктуации, ни элементарной грамотности… И никто на это не обращал внимания. Достаточно, что бойкая мелодия и хорошо танцуется.

Могут сказать, что это единичный случай. Да нет, это печаталось и перепечаты­валось. Вот окончание тех же “Бубличков” в песеннике “Золотые песни” (изд. “Ориент”, 1930):

…Кормилась дранею,
Считалась нянею
Во одиночке я
До кустаря...

Как говорится, “маразм, крепчал”— бессмыслица достигает предела. Но вернемся к О.Строку. Мало кто знает, что Строк в 20-е годы, когда в Риге царил издательский бум, основал свое издательство и выпускал сразу несколько журналов. Казалось бы, по этой печатной продукции мы могли бы прикоснуться к слову Оскара Строка, написанному его собственной рукой. Но, увы, ни одного слова за его подписью не существует, поскольку композитор был человек коммерческий, но не литературный. Все издания, вышедшие под маркой его издательства, были перепечатками старых книг. А журналы — безгонорарные! — представляли собою коллаж с использованием выдирок из разных популярно-ил­люстрированных изданий. Причем делалось это чужими руками. Весь этот материал подбирали и монтировали В.Гадалии и А.Перфильев (запомним это имя!). Оскар Строк просто не владел искусством слова. Ему важен был не смысл слов, а чтобы они артикулировались, чтобы их можно было песенно исторгнуть.

Как иллюстрацию отношения к песенному слову в его печатном фиксировании можно взять сборник “О.Строк. Наши песни” (Рига, изд. “Логос”, 1938).

Вынесение имени над названием сборника как бы дает понять, что если не все, то во всяком случае большинство этих избранных “песен, романсов, танго и фокстротов” является сочинением О.Строка. Хотя… “Вечерний звон”, “Выхо­жу один я на дорогу”, “Вниз по матушке по Волге…” Нет, на этом Строк не настаивает… “Ах, да, это правда, это точно Загоскина; а есть еще другой “Юрий Милославский”, так тот уж мой”.

Но чей бы текст ни был, отношение к нему самое неряшливое и беззабот­ное…

По берегу синего моря

(Должно бы быть: “Вчера я с тобою гулял”)

С тобой мы вчера гуляли.

(Должно быть: “И сердце, ах, бедное сердце”)

Сердца, ах, бедное сердце,

(Должно быть: “Гуляя с тобой, потерял”)

Гуляя, я с тобой потерял…

Капитан, капитан, улыбнитесь,
Ведь улыбка — это свет корабля.
Капитан, капитан — покоритесь…


Из-за острова на стержень

Лучше всех был раджа из Кашмира
Что прислал золотых паразитов


(Должно быть “парадизов”!)

Можно ли при таком отношении к песенному слову считать, что человек, объявляющий себя автором, действительно способен создавать тексты? Вряд ли.

Впрочем, все это лишь соображения, косвенные доказательства. Между тем имеется свидетельство, раз и навсегда перечеркивающее “авторство” О.Строка.

Писательница Ирина Сабурова, жившая в 20—30-х годах в Риге и в конце войны эмигрировавшая в Германию, выпустила там книгу стихов своего бывшего мужа поэта Александра Перфильева (Мюнхен, 1976), в предисловии к которой пишет:

“Помимо газетно-журнальной работы А.Перфильев был всегда тесно связан с нотными издательствами и артистами малой сцены, которых было тогда немало в Риге. Он писал тексты для нескольких ревю, скетчей, всевозможных музыкаль­ных номеров и бесчисленное множество русских текстов для наиболее популяр­ных фокстротов, танго и т. п., исполнявшихся или выходивших в нотных издательствах, — как иностранных, так и местных композиторов, из которых крупнейшим (из местных) был Оскар Строк.

Русский текст всех нот, вышедших в издательстве Оскара Строка в Риге, написан Ал. Мих. Перфильевым (несмотря на то, что на них значится: “Слова и музыка Оскара Строка”), в том числе пользовавшееся почему-то невероятной популярностью “О, эти черные глаза”. А.Перфильев считал это занятие “халту­рой”, исключительно ради заработка (очень небольшого, кстати), и поэтому упоминание его как автора текстов — ниже своего достоинства”.

Думается, что после такого свидетельства вопрос об “авторстве” можно окончательно снять с обсуждения. Что отнюдь не означает умаления Оскара Строка как “короля танго”. Я лично человек, тяготеющий к “ретро”, люблю эти мелодии, порожденные талантом, но никак не связываю их с тем, что Строку не принадлежит (хотя и было куплено).

Кесарю кесарево, а слесарю — слесарево.


ОБ АВТОРЕ:


Юрий Иванович Абызов (19 ноября 1921, посёлок Реж Свердловской области — 20 июня 2006, Рига) — русский латвийский писатель, библиограф, литературовед, крупнейший специалист по истории русской культуры Прибалтики.
Детство и юность провёл в Алапаевске. В 1940 году поступил в Уральский университет. С начала 1942 года воевал на фронте, был ранен. После войны продолжил учёбу в Свердловском университете. В 1946 г. перевелся в Латвийский университет, затем преподавал в Даугавпилсском пединституте, с 1952 г. работал редактором в Латвийском государственном издательстве. Занимался переводческой деятельностью (с латышского, польского, чешского, сербохорватского, английского языков). С 1989 г. был создателем и председателем Латвийского общества русской культуры. Под его руководством в ЛОРКе была собрана уникальная библиотека по русской культуре. В 1990-х гг. в Стэнфордском университете был издан 4-томный справочник «Русское печатное слово в Латвии», где собрано и проанализировано все, что было издано в Латвии на русском языке с 1917 по 1944 г. Там же в Стэнфорде в 1997 г. был издан уникальный пятитомный архив одной из лучших русских газет зарубежья «Сегодня», выходившей в Латвии с 1919 по 1940 г., который стал справочником для тех, кто занимается историей, литературой, искусством русской, и не только русской Латвии 1920-30 годов. Наиболее известным трудом Ю. И. Абызова является двухтомное издание «От Лифляндии к Латвии», где Лифляндия и Прибалтика увидены глазами россиян с середины прошлого века до 1939 г. Абызов был инициатором целого ряда конференций «Русские Прибалтики», проведенных в Вильнюсе, Таллине и Риге в конце 90-х — начале 2000-х годов. По его инициативе совместными усилиями культурологов трех стран Балтии издано десять томов «Балтийского архива». В 1997 году принят в гражданство Латвии за особые заслуги.
Умер на 85-м году жизни 20 июня 2006 г., похоронен в Риге на Втором Лесном кладбище.
 
МайяДата: Понедельник, 30.07.2012, 23:34 | Сообщение # 2
Композитор
Группа: Модераторы
Сообщений: 157
Статус: Offline




Дорогой Пан Георгий, друг! После прочтения этой статьи Юрия Абызова, мне хотелось бы поделиться своими мыслями о написанном.

Ю.А. Мир песенной эстрады сродни Дикому Западу, а уж песенной эстрады эмигрантской и вовсе не знал никакого закона.

О Диком Западе: На Диком Западе закон о Copyright был издан (в США) в 1790 году (наука, авторство, пулицистика и закон патентов).

Вот вам и Дикий Запад.

В течении 70 лет советской власти, в стране царили свобода слова, справедливость и уважение гражданских и человеческих прав, не говоря о 30-х, 40-х, 50-х, когда авторы одних из самых любимых песен в народе, жили на чужбине, или томились в тюрьмах и лагерях, или влачили жалкое существование на родине, в нищете и безвестности, преданные остракизму на государственном уровне, а их песни и стихи приписывались всячески обласканным властями «залитованным» авторам или удобно назывались «народными».

Мелочь. Зачем Абызову об этом писать?

Когда Пётр Лещенко медленно умирал в застенках Жилавы, советские дипломаты из заграницы привозили домой пластинки с его записями, распевали его песни и танцевали под его танго, как, впрочем, и вся советская страна.

Тоже не достойно быть упомянутым.

Давайте же будем справедливыми. Если сравнить, сколько (в численном соотношении) советских песен присвоили себе эмигрантские авторы и сколько эмигрантских песен присвоили советским авторам, то результат будет, конечно, в пользу вторых. Иногда присваивали только мелодии, потому что многие стихи песен, написанных в эмиграции, не соответствовали кодексу и образу советского человека и потому были созданы новые тексты о любви, только в «мажорной тональности».
Известно, что в СССР когда-то танго не называли «танго», а - «медленным танцем». Как написано в Википедии. «После войны легкая и танцевальная музыка западного образца оказывается под запретом. Оскара Строка, автора свыше трёхсот музыкальных произведений, исполняемых лучшими оркестрами многих стран мира, исключают из Союза композиторов Латвии, посчитав его музыку безыдейной»

Тут нет надобности перепроверять информацию, так как этот факт из жизни композитора установлен, но Абызов об этом не сказал ни слова.

Рассказывать о неблаговидных поступках Оскара Строка, это как говорить не о вкусе и сладости мёда, а о том, что мёд, на самом деле, является пчелиной рвотиной!

Константин Сокольский рассказывает об Оскаре Строке:

«Как он сочинял? Он бегал пальцами по клавишам, и рождались какие-то фрагменты мелодии… Потом приходили слова. Строк был тогда чуть ли не единственным композитором, сочинявшим и тексты к своим мелодиям. Я как-то спросил: “А почему ты сам пишешь слова к своим танго? Ведь можно взять готовые понравившиеся стихи и написать к ним музыку? Так делают все”. Он прищурился на меня и сказал: “Ты, конечно, прав, но я не хочу, чтобы моя музыка просто иллюстрировала чужую мысль. Мне нужно, чтобы слова и музыка исходили из одного источника, чтобы одно влияло на другое».

Абызов продолжает: Был ли такой разговор? Сочинял ли О.Строк слова? Первое просто сомнитель­но, а второе — абсолютно не соответствует действительности.

Тут я даже рада, что автор, чтобы обличить Короля танго в безразличии, небрежности и посредственности, решил обвинить Константина Сокольского в привирании.
Хи, хи, хи! Не буду злорадствовать, но не только он заметил, что у певца были проблемы с памятью...

Обвиняя А. Галича, Б. Окуджаву, Н. Матвееву, Ю. Кима, В. Высоцкого в незмысловатости мелодий к их стихам, Ю. Абызов, всем на обозрение обнажил своё невежество в области специфики жанров. Уж обвинил бы чёрных в том, что и блюзовые произведения по звучанию незатейливы и построены на основе одной стандартной блюзовой гармонической последовательности. Если пойти выше по ступеням «серьёзности» музыки и сравнить мелодии самых прекрасных танго, созданных известными композиторами, с мелодиями классических произведений, то танго покажутся гармонически незамысловатыми и примитивными в мелодическом звучании, но все мы знаем, как часто великие композиторы-классики в своих произведениях использовали эти незамысловатые народные мелодии!

O Бубликах.

Ю.А.: Сейчас уже мало кто помнит популярную в 20-х годах песенку “Бублички” , завезенную из Советской России и в Ригу, где ее лихо исполнял “Савой-бэнд” в прославленной “Альгамбре”. Воспринята она была со слуха и вот так напечата­на в издании К.Рейнгольда:

...Не плакай Феничка
Сказал мне Сеничка
Пожди маленечка
Мы в ЗАГС пойдем.

И жду я с мукою
Тоской и скукою
По переулочкам
Пока ж брожу...


Должна возразить. В 1970-80 гг и в начале 90-х я, бывало, пела «Бублички» по нескольку раз за вечер, на ура и после меня, молодые певцы продолжали исполнять эту песню в ресторанах Бруклина. Опять Абызов показал своё неведение в происходящем в мире русской эстрады. Cегодня, по всему свету, где обитает русскоязычное население, «Бублики» популярны, как и 80 лет назад!
Оригинальный текст написан Яковом Петровичем Ядовым где-то в 1926 г. (8 лет советской власти!) и куплет о «Сенечке», который Абызов подверг осмеянию (вместе с остальными куплетами, напечатанными в издании Рейнгольда) принадлежит именно перу Ядова, поэзия которого тоже, если измерять мерками Абызова, не относится к «высокой»... А вообще, песня «Бублики» обросла десятками куплетов, стала народной и обсуждать поэтические качества стихов, просто смехотворно. Известно, что в определённых слоях российского общества именно так разговаривали.

Но виновен ли в этом Оскар Строк?

Твердит мне Сенечка:
«Не хныкай, Женечка…
Пожди маленечко -
Мы в загс пойдем».
И жду я с мукою,
С безмерной скукою…
Пока ж аукаю
Здесь под дождем.


Я. П. Ядов.


С бубликами тоже разобрались.

Ю.А.: Практика эстрадных композиторов показывает, что в подавляющем большинстве случаев сначала рождается мелодия, к которой композитор просит поэта написать текст, предлагая в качестве исходного материала так наз. “рыбу”, то есть набор слов, отчетливо ритмизованных и фразово выпуклых. По этой “рыбе” поэт-песенник и “делает текст”, руководствуясь наказом сделать “раздумчивее” или “умственнее”

Определение, что такое «Рыба»: В сочинении песен — набор слов или слогов («ла-ла») в нужном размере, заменяющий текст, если сначала пишется музыка.

О какой «выпуклости фраз» писал Ю. Абызов?

Ю.А. «...руководствуясь наказом сделать “раздумчивее” или “умственнее”...»
Ну а это можно назвать разбрасыванием словами для пущей убедительности. Откуда Абызов знал, что Строк «наказывал» поэтам, но... Если в «рыбе» Оскара Строка, которой он снабжал поэта, присутствовали «выпуклые фразы», то Строк точно имел определённое представление о содержании очередного танго, не так ли!? Ю. Абызов сам себе противоречит?

Ю.А. Наивно полагать, что можно взять любой поэтический текст и написать по нему танго, в котором диктат принадлежит мелодии.

Сам автор вообще-то понимал, о чём говорил?!

Даже текст танго «O, эти чёрные глаза» можно спеть на мелодию гимна советского союза, если немного переделать сам текст.

Вы уж простите меня, незабвенный Александр Михайлович Перфильев!

Был день осенний, и листья грустно опадали.
В последних астрах печаль хрустальная жила.
Грусти тогда с тобою мы не знали.
Ведь мы любили, и для нас весна цвела
.


«O, эти чёрные глаза» на мелодию гимна:

Тот день был осенним, листва опадала,
Печаль хрусталём в жёлтых астрах жила.
Мы грусти с тобою в те годы не знали,
Ведь с нашей любовью весна расцвела
.


Пусть незабвенный Марк Григорьевич Марьяновский меня простит!

Встретились мы в баре ресторана,
Как мне знакомы твои черты.
Помнишь ли меня, моя Татьяна,
Мою любовь и наши прежние мечты
?


Танго «Татьяна» на мелодию гимна.

Мы встретились в баре ночном, ресторана.
Ах как же знакомы твои мне черты.
Ты помнишь меня, дорогая Татьяна,
Младую любовь и былые мечты
?


За минуту я изменила ритм текстов, но сохранила смысл и рифму.

Прямо скажем, это дрянная интерпретация оригинальных текстов этих бессмертных песен, но поётся под мелодию гимна, что и требовалось доказать.

Помните, что сказала о написании стихов великая Анна Андреевна Ахматова в стихотворении «Мне ни к чему одические рати...»?

«Когда б вы знали, из какого сора
Растут стихи, не ведая стыда...»


Ю.А. Тексты всех танго О.Строка никак не дают оснований считать, что в первоосно­ве их лежала какая-то самобытно-оригинальная “мысль”, как утверждает К.Со­кольский: мысль, требующая непременно именно такого вот музыкального выражения.

Если Анна Ахматова сочиняла свои стихи из сора, то я думаю, что авторам текстов песен Оскара Строка и подавно было дозволено это делать.

Абызов сам себя перемудрил, а Сокольскому хотелось показать, что близко общался с Королём танго. Не сомневаюсь, что общался, но в теме разговора не уверенна.

Не помню кто сказал, что начиная написание стиха, ты никогда не знаешь, чем он закончится! По-моему Иосиф Бродский.

Об ошибках в сборнике текстов мне нечего сказать. Я ни в коем случае не оправдываю Оскара Строка в небрежном отношении к содержимому книги. Думаю, что если бы Ю. Абызову удалось накопать ещё больше "перлов", он бы непременно это сделал. Причин ошибок может быть несколько. К примеру, работники типографии не очень хорошо знали русский язык, набрали текст и когда книга вышла в свет, было уже поздно что-либо исправлять. В любых, даже самых престижных изданиях выходят книжки с курьёзными ошибками. Мы не раз обсуждали тексты на этикетках пластинок, выпущеных всемирно известными фирмами звукозаписи. Какие там встречаются несуразицы! Но никто не обвинял в этом самих авторов произведений, что, мол, недоглядели!

Только об одном я бы спросила Оскара Строка. Зачем ему нужно было подписывать своё имя под текстами песен? Мог, конечно, придумать любой псевдоним, как, скажем, «Александр Александров». Но ведь поклонники песен тут же стали бы «рыть», пытаясь узнать кто такой Александр Александров и докопались бы до Александра Михайловича Перфильева, а он не желал, чтобы его имя ассоциировалось с этими стихами, так как хотел остаться в истории, не как автор песенных текстов, а как ПОЭТ.
Могу с уверенностью сказать, что мелодии Оскара Строка, со словами, или без, звучали и будут звучать по всему миру, что мелодии эти торжественно вошли в 21 век и сегодня украшают репертуары известных российских певцов и по- прежнему волнуют наши сердца!
И опять, в конце статьи, автор пишет: Думается, что после такого свидетельства вопрос об “авторстве” можно окончательно снять с обсуждения. Что отнюдь не означает умаления Оскара Строка как “короля танго”. Я лично человек, тяготеющий к “ретро”, люблю эти мелодии, порожденные талантом, но никак не связываю их с тем, что Строку не принадлежит (хотя и было куплено).
Кесарю кесарево, а слесарю — слесарево.


На тебе пряничек, но получи кнутом по хребту!

Позвольте же мне снова выступить защитником на суде Оскара Строка.

О присваивании текстов песен, или умалчивании имён авторов.

Многие годы было известно, что автором музыки и стихов к песне «Бухенвальдский набат» был член Союза композиторов Вано Мурадели. Но это оказалось ложью, опять таки, на государственном уровне.
В 1958 году поэт Александр (Исаак) Владимирович Соболев написал такие стихи:

Люди мира, на минуту встаньте!
Слушайте, слушайте: гудит со всех сторон –
Это раздается в Бухенвальде
Колокольный звон, колокольный звон.
Это возродилась и окрепла
В медном гуле праведная кровь.
Это жертвы ожили из пепла
И восстали вновь, и восстали вновь!
И восстали,
И восстали,
И восстали вновь!

Сотни тысяч заживо сожженных
Строятся, строятся в шеренги к ряду ряд.
Интернациональные колонны
С нами говорят, с нами говорят...

Слышите громовые раскаты?
Это не гроза, не ураган -
Это, вихрем атомным объятый,
Стонет океан, Тихий океан.
Это стонет,
Это стонет
Тихий океан!

Люди мира, на минуту встаньте!
Слушайте, слушайте: гудит со всех сторон –
Это раздается в Бухенвальде
Колокольный звон, колокольный звон.
Звон плывет, плывет над всей землею,
И гудит взволнованно эфир:
Люди мира, будьте зорче втрое,
Берегите мир, берегите мир!
Берегите,
Берегите,
Берегите мир!


Недавно у нас на сайте я опубликовала статью Людмилы Клигман
об истории создания песни «Бухенвальдский набат».

«Соболев отнес «Бухенвальдский набат» в центральный партийный печатный орган – в «Правду». Но вскоре получил «ответ»: стихи были перечеркнуты, объяснений не прилагалось. Поэт обратился в «Труд». Именно в этой газете в сентябре 1958 г. был напечатан «Бухенвальдский набат», и там же Соболеву посоветовали отправить стихи композитору Мурадели. Через два дня Вано Ильич позвонил поэту: «Какие стихи! Пишу музыку и плачу. Таким стихам и музыка не нужна! Я постараюсь, чтобы было слышно каждое слово!!!» Надо сказать, что музыка получилась достойной этих слов.

Мурадели сам отнес эту песню на Всесоюзное радио, там худсовет передал ее на одобрение самому прославленному тогда поэту-песеннику Льву Ошанину. Вердикт «генерала песни» был жесток и несправедлив: «Мракобесные стихи: мертвые в колонны строятся». Композитору выразили недовольство: якобы нерадиво отнесся к выбору текста.

Но песне неожиданно повезло: в то время в СССР готовились к участию во Всемирном фестивале молодежи и студентов в Австрии. В ЦК ВЛКСМ, куда Соболев принес «Бухенвальдский набат», песню оценили как подходящую по тематике и разрешили петь ее в художественной самодеятельности. В Вене она была впервые исполнена хором студентов Свердловского университета и буквально покорила всех, ее перевели на множество языков и запели по всему миру. Это был триумф!
Потом «Бухенвальдский набат» прозвучал в советском документальном фильме «Весенний ветер над Веной». Песню взял в свой репертуар Краснознаменный Ансамбль песни и пляски под управлением Бориса Александрова, было выпущено около 9 миллионов пластинок – правда, без указания имени автора слов. Когда Соболев обратился к председателю Совета министров Косыгину с просьбой выплатить ему хотя бы часть гонорара за стихи, его даже не удостоили ответа…
Только лишь в 1996 году в свет вышла первая книга Исаака Соболева «Бухенвальдский набат».


Рекомендую прочитать всю статью. http://petrleschenco.ucoz.ru/forum/40-438-1

Ю. Абызов, так же, не написал о поэте, авторе стихов к песне "В этой роще берёзовой, вдалеке от страданий и бед...", Николае Алексеевиче Заболоцком - та самая песня, которую так проникновенно спел Вячеслав Тихонов в фильме «Доживём до понедельника». Заболоцкий был арестован в 1938 году.

В этой роще березовой,
Вдалеке от страданий и бед,
Где колеблется розовый
Немигающий утренний свет,
Где прозрачной лавиною
Льются листья с высоких ветвей,
Спой мне, иволга, песню пустынную,
Песню жизни моей.

Пролетев над поляною
И людей увидав с высоты,
Избрала деревянную
Неприметную дудочку ты,
Чтобы в свежести утренней,
Посетив человечье жилье,
Целомудренно бедной заутреней
Встретить утро мое.

Но ведь в жизни солдаты мы,
И уже на пределах ума
Содрогаются атомы,
Белым вихрем взметая дома.
Как безумные мельницы,
Машут войны крылами вокруг.
Где ж ты, иволга, леса отшельница?
Что ты смолкла, мой друг?

Окруженная взрывами,
Над рекой, где чернеет камыш,
Ты летишь над обрывами,
Над руинами смерти летишь.
Молчаливая странница,
Ты меня провожаешь на бой,
И смертельное облако тянется
Над твоей головой.

За великими реками
Встанет солнце, и в утренней мгле
С опаленными веками
Припаду я, убитый, к земле.
Крикнув бешеным вороном,
Весь дрожа, замолчит пулемет.
И тогда в моем сердце разорванном
Голос твой запоет.

И над рощей березовой,
Над березовой рощей моей,
Где лавиною розовой
Льются листья с высоких ветвей,
Где под каплей божественной
Холодеет кусочек цветка,
Встанет утро победы торжественной
На века.


1946 г.

«Первые дни меня не били, стараясь разложить морально и физически. Мне не давали пищи. Не разрешали спать. Следователи сменяли друг друга, я же неподвижно сидел на стуле перед следовательским столом — сутки за сутками. За стеной, в соседнем кабинете, по временам слышались чьи-то неистовые вопли. Ноги мои стали отекать, и на третьи сутки мне пришлось разорвать ботинки, так как я не мог переносить боли в стопах. Сознание стало затуманиваться, и я все силы напрягал для того, чтобы отвечать разумно и не допустить какой-либо несправедливости в отношении тех людей, о которых меня спрашивали…»

Это строки Заболоцкого из мемуаров «История моего заключения» (опубликованы за рубежом на английском языке в 1981 г., в последние годы советской власти напечатаны и в СССР, в 1988)

Надо же, впервые книгу опубликовали, опять-таки, на Диком Западе...

Владимир Гариевич Агатов (Вэлвл Исидорович Гуревич), автор многих текстов популярных песен, но особенно к одной из самых любымых народом, песне «Тёмная ночь». Песня часто звучала по радио, но без упоминания автора. Приписывали Симонову. Несмотря на известность, Агатов был арестован после съемок фильма «Два бойца», в 1949 г и просидел 7 лет! Недремлющее сталинское око...

Тёмная ночь, только пули свистят по степи,
Только ветер гудит в проводах, тускло звезды мерцают.
В тёмную ночь ты, любимая, знаю, не спишь,
И у детской кроватки тайком ты слезу утираешь.
Как я люблю глубину твоих ласковых глаз,
Как я хочу к ним прижаться теперь губами!
Тёмная ночь разделяет, любимая, нас,
И тревожная, чёрная степь пролегла между нами.

Верю в тебя, в дорогую подругу мою,
Эта вера от пули меня тёмной ночью хранила…
Радостно мне, я спокоен в смертельном бою,
Знаю встретишь с любовью меня, что б со мной ни случилось.

Смерть не страшна, с ней встречались не раз мы в степи.
Вот и теперь надо мною она кружится.
Ты меня ждёшь и у детской кроватки не спишь,
И поэтому знаю: со мной ничего не случится!


И это только несколько примеров.

В своих публикациях Ю. Абызов, справедливости ради, мог провести параллель между этими, оставшимися безнаказанными, преступлениями, и "коварством" Оскара Строка, умолчавшего об авторстве Александра Перфильева? Но он не заметил бревна в собственном глазу и решил задать перцу этим эмигрантам-беззаконникам, и прочим недобитым буржуям, типа Оскара Строка и его братьев, а по дороге зацепить Василия Гадалина и самого Александpа Перфильeва.
Ю.А. А журналы — безгонорарные! — представляли собою коллаж с использованием выдирок из разных популярно-ил­люстрированных изданий. Причем делалось это чужими руками. Весь этот материал подбирали и монтировали В.Гадалии и А.Перфильев (запомним это имя!).

Надеюсь, что написание фамилии Гадалин, как «Гадалии» - просто опечатка Абызова, но я не сужу строго. Это ведь просто опечатка...

Абызов не стремился дойти до истины. Он просто хотел сказать, что вот, всеми вами обожествляемый Король танго, является ни кем иным, как жуликом, а Гадалин и Перфильев - его сообщники!

В заключение хочу отметить, что, как теперь уже известно, в большинстве знакомых нам записей танго начала и середины ХХ века, (и не только Строковских) певцы часто даже не поют полного текста песни, а исполняют только припев (рефрен). Наверное в те времена считалось, что текст танго был не так важен, как сама мелодия.

МЕЛОДИИ - вот из чего сделана корона Оскара Строка - Короля танго!
 
МайяДата: Воскресенье, 05.08.2012, 08:37 | Сообщение # 3
Композитор
Группа: Модераторы
Сообщений: 157
Статус: Offline
TАНГО ОСКАРА СТРОКА




Много лет назад, десятилетним мальчишкой, я с мамой очутился в эвакуации в Алма-Ате. Нас поселили в маленькой комнате коммунальной квартиры на улице Кирова, и нашей соседкой через стенку оказалась местная жительница по имени Надя, у которой среди прочей мебели имелось старое пианино. На пианино этом, по утрам, она, изо всех сил колотя по клавишам, играла одну и ту же песню - "Пускай могила меня накажет", а вечером, после работы, на нем "отводила душу" мама, учительница музыки.

А потом у нас появился гость, тоже отводивший душу на старом надином пианино. Он запомнился мне как небольшого роста человек, всегда одетый в один и тот же поношенный костюм, немного странно выговаривавший русские слова, но зато с необычайной легкостью переходивший на любой европейский язык. И постоянно голодный. Он галантно целовал у мамы руку, называл ее Любушка, а она его Оскар. Заходил он чуть ли не через день, стеснительно улыбаясь сообщал, что "проходя мимо, заскочил на огонек", и мама угощала его чаем с ломтиком кошмарного хлеба тех времен, намазанным какой-то приторной пакостью, выдававшейся по карточкам и называвшейся "повидло". И всегда с Оскаром был потертый фибровый чемоданчик, набитый альбомами.

- Я, Любушка, - говорил он, - бежал из Риги в чем был. Эти альбомы (он нежно поглаживал их замшевые бока) - все, что у меня есть. Это моя жизнь. Это, если хотите, - я сам.

Он открывал первую страницу первого альбома. На ней была фотография Оскара в овале, вырезанная из афиши, - моложавого, элегантного, во фраке, манишке и галстуке бабочкой. И вокруг овала надпись:

- "Оскар Строк, король танго", - переводил он. - Вдумайтесь, Любушка, только великому Штраусу дали почетный титул "короля вальса". А меня, после "Черных глаз", стали называть "королем танго", и больше никаких "королей" не было. Вот взгляните: Париж, Берлин, Лондон, Рим, Токио, Америка - это мои гастроли. Это я на своей вилле на Ривьере. А это видите? Этот рояль, инкрустированный слоновой костью, подарок итальянского короля.

Он вдруг замолкал, оживление его исчезало, и он становился похожим на больного нахохлившегося воробья. Мы как-то с мамой были у него. Он жил в глубоком сыром подвале, выкроенном из котельной, где всегда было холодно, и на стенах поблескивала влага.

- Зачем вы вернулись, Оскар? - спросила тогда его мама. - Вы были богаты, знамениты и независимы, перед вами был открыт весь мир. Что это на вас нашло?

Он ничего не ответил, только низко-низко нагнул голову - может быть, чтобы мы не видели выражение его глаз.

Но за инструментом он преображался. Его глаза молодо и весело сверкали, когда он играл свои танго, которые пел и танцевал весь мир. И после каждого очередного "номера" раздавались изумленные восклицания:

-Так это тоже ваше? Это же поет Шульженко! И это? Да я танцевала под эту пластинку лет двадцать назад - вот уж никогда не думала, что когда-нибудь встречу автора, особенно здесь! Как, и это тоже написали вы? Ну, знаете, можно подумать, что все на свете танго - ваши!

Потом Оскар Строк исчез, и для меня тогда это было не столь уж важное событие - в тринадцать лет люди приходят в твою жизнь и уходят, не оставляя следа. Хотя один след все-таки остался: я навсегда, на всю жизнь полюбил танго. В нем скрывалась какая-то таинственная магическая сила, как ни в одном другом танце, ни в одной другой мелодии, сила, вызывающая странную тоску, непонятную ностальгию, воспоминания о том, чего никогда не было. Когда на школьных вечерах ставили "Брызги шампанского" или "Дождь идет", сердце сладко томилось, и в горле стоял комок. От чего? Ну, скажем, отец и мать могли вспоминать при этом начало 30-х годов, время своей ушедшей молодости, но я-то был совершенно не при чем? А когда мама по древним нотам играла "Под знойным небом Аргентины", "Увядшие розы" и прочие танго начала века, тут уж, вроде, и вовсе некому и нечего было вспоминать, но все равно все чувствовали эту странную подсознательную ностальгию, тоску о несбыточном, тоску ни о чем.

Когда в конце 40-х и в 50-х в кино шли "трофейные" фильмы, мы буквально свихнулись на "Случае в пустыне". Мы смотрели его столько раз, сколько он шел на экранах. Снова и снова мы переживали приключения знаменитого мексиканского бандита, красавца Сиско Кида, и, затаив дыхание, ждали, когда случится то, ради чего мы пришли: салун, оркестр скрипок и гитар, и шикарный Сиско, танцующий "на полусогнутых" с девушкой из салуна изумительное танго "Кумпарситу".

О да, теперь мы все старались танцевать на полусогнутых, к вящему возмущению наших партнерш, которых мы, за отсутствием надлежащего опыта, безжалостно толкали коленями, и наступали на ноги им и самим себе. Но это были мелочи: мы млели от волнующей мелодии и грезили. О чем? Кто его знает, о чем. Может быть, о навсегда ушедших временах шикарных мексиканских бандитов, а может, о чем-то другом.

В те поры бешеной популярностью пользовались контрабандные пластинки Лещенко, Вертинского и Сокольского. И вот тогда-то я, к своему изумлению, обнаружил, что автор большинства мелодий в ритме танго - полузабытый мной Оскар Строк, о существовании которого, кроме меня, никто из моих приятелей и не подозревал.

А много позже, когда железные запреты сталинской эры ушли в прошлое, в музыкальных магазинах появились пластинки "Танго Оскара Строка". Я слушал их и одну за другой узнавал бывшие контрабандные пластинки. И мне снова было двадцать лет, а потом память услужливо несла меня дальше в прошлое, в алма-атинскую коммуналку, и я снова слушал игру "короля танго" на старом пианино и рассматривал его необыкновенные альбомы...

Пластинки с танго Оскара Строка со мною и здесь, в Штатах музыка этого блестящего композитора сопровождала всю мою жизнь. Но вот однажды я попытался хоть что-то узнать о нем и не смог. Я просмотрел музыкальные и обычные энциклопедические словари и не нашел в них даже упоминания о "короле танго"! Я читал в нашей прессе бесконечные статьи о тех, кто стал популярен благодаря исполнению песен на музыку Строка, но о самом Оскаре Строке - ни одной строчки! Непонятно и несправедливо забытый "король танго"...

Евгений Манин

Филадельфия
Журнал "Чайка" #1(17) 2002




http://tangoman.narod.ru/oskarstrok2.htm
 
Olga777Дата: Воскресенье, 05.08.2012, 20:07 | Сообщение # 4
Дирижер
Группа: Администраторы
Сообщений: 718
Статус: Offline
Майя, милая моя, привет тебе привет! Так мы печатали эту статью больше года назад.

http://petrleschenco.ucoz.ru/load....?lOM70X

Трогательно, но согласись, ясности в вопрос об авторстве не вносит. Я с тобой согласна в смысле эмоционального восприятия творчества Оскара Строка, но есть еще оборотная сторона, которая лишь минусовые эмоции добавляет.
Прости, но ведь это правда.
Никто не умалят достоинств КОРОЛЯ, но истина дороже.
У меня есть сомнения об авторстве Строка-поэта, развей, только порадуюсь.


Не случайны на земле две дороги - та и эта.
Та натруживает ноги, эта душу бередит.
 
МайяДата: Понедельник, 06.08.2012, 05:00 | Сообщение # 5
Композитор
Группа: Модераторы
Сообщений: 157
Статус: Offline
На записи "Синяя рапсодия", что я поместила в своём предыдущем комменте, Мечислав Фогг исполняет только припев песни, остальную мелодию играет оркестр. Этот факт подтверждает мою правоту в том, что в песнях Оскара Строка слова были вторичны, а на первом месте была мелодия.

Да, Оля, я не знала, что у нас на сайте уже имеется эта статья.
Ознакомившись с содержанием, мне захотелось на этом многоголосом суде над Оскаром Строком, услыхать хоть один голос, созвучный моему. Что бы я не написала тут о статьях Абызова, мне в ответ будет выставлено: «Строк присваивал авторство стихов». А как же насчёт некомпетентности Абызова в эстраде, музыке, и песенных жанрах и всей остальной вопиющей лжи? Об этом ни слова?
Для тех, кто обвиняет Строка в том, что сбежал в Казахстан. В 1941 году ему было 48 лет. Он был старше Петра Константиновича на 5 лет. Оля, он, как и Пётр Лещенко, не был воином. Его, так же, не интересовала политика. Оскар Строк был музыкантом. Помнишь, мы с тобой об этом говорили? Могло случится, что если бы он не был евреем, то остался бы в Риге и играл бы в ресторанах, посещаемых фашистами... Но случилось то, что случилось и, как я уже сказала, на его мелодию была написана песня, ставшая гимном Варшавского гето и евреев в изгнании. Даже чёрные запели его песню, как свою.

О Строке - поэте я уже сказала. Он мог бы приписать авторство стихов третьей, несуществующей личности. Но этого не произошло.
Оля, не обижайся. Может в тебе это и вызывает минусовые эмоции, но не во мне.

Хоть и не много, но развею твои сомнения. Если стихи к танго «Голубые глаза», написал Перфильев, то не мудрено, что не хотел подписываться под текстом.

Думаю, что именно этот текст написал Оскар Строк.

Помнишь, осенней порой
Мы повстречались с тобой.
Ты мне сказала: «Прости».
Лишним стоял на пути.
Сердце разбила мое,
Счастья с тобой не дано.

Если не Строк, то точно не Перфильев.

На этой записи, опять-таки, поётся только припев песни, так как одна мелодия, без слов, может растопить лёд. Ох, что это я! Опять поддаюсь воздействию эмоций. Ну что тут поделаешь, не могу без эмоций слушать эту музыку и эти примитивные стихи...






Но если на сайте Петра Лещенко, несмотря ни на что, решили устроить суд над Оскаром Строком, то я ничего поделать не могу.
Дерзайте, господа!
 
Olga777Дата: Четверг, 09.08.2012, 02:31 | Сообщение # 6
Дирижер
Группа: Администраторы
Сообщений: 718
Статус: Offline
Майя-Майечка! Не могу не признаться тебе в любви. Ты из тех людей, кто очень надежен и предан в дружбе, кто не идет на компромиссы, если речь идет о том, что дорого тебе. Честь и хвала! Дураки, кто не разглядел этого.
Я по-прежнему не сожалею, что эти статьи Абызова мы опубликовали. Не появись они на нашем сайте, не было бы твоего опровержения. Ведь два десятка лет минуло, и ни слова никто не написал в защиту Строка. Ты - первая!
Наследникам Строка сотую бы часть твоей преданности и верности тому, кто тебе дорог. Пусть они были малолетками и ничего не помнят о своем знаменитом отце, дедушке, но, если им дорога память о нем, так поискали бы в архивах материалы, изучили бы его архивы внимательно. Есть факты, что не был Строк автором стихов, так докажите обратное или признайте, что не он автор. У самого Строка, возможно, были на то причины в те тягостные годы, но пришли другие времена, можно сказать правду. Так сказать, чтобы через десяток-другой лет никто не бросил даже камушек в, согласна с тобой, великого Строка.
Бывшая жена Перфильева не скрывает, что авторство Строка на тексты, написанные Перфильевым, сделано с согласия Перфильева. Ни слова обвинения не прозвучало от нее в адрес Строка. Мы не знаем всех обстоятельств, можем только догадываться, что на то были причины, учитывая, в какое время жили и творили эти люди. Только недосказанность тогда и сегодня вызывает ненужные разговоры, объяснения и, естественно, домыслы. Лучше сегодня прояснить какие-то факты.
Поверь, когда прочитала статью, то обратила внимание лишь на ту часть, где речь идет об авторстве.
Никакого суда никто не устраивал и не пытается устраивать. О некомпетентности Абызова можно рассуждать бесконечно, но вопрос об авторстве это не прояснит. Получится разговор по принципу "сам дурак...". Абызов - хороший журналист, его статьи и жизненная позиция вызывают уважение. Если бы при его жизни нашелся человек, который смог бы опровергнуть его заметки, уверена, он бы признал свою неправоту.
Потом, о "Голубых глазах" речи не было. Говорили о "Черных глазах", автором текста которых является Перфильев.
Не было обвинений и в адрес Строка в связи с его пребыванием в Казахстане. Каждый выживал, как мог. Со слов Веры Георгиевны знаю, что Петр Лещенко помогал ему с отъездом, но никто не осуждал его. Если бы у твоих оппонентов, Майя, милая моя, было стремление устроить суд над Строком, то, поверь, нашли бы другие доводы и примеры. Никому не нужно это. Правда, Майя. А дерзать мы будем вместе с тобой и по другому поводу.


Не случайны на земле две дороги - та и эта.
Та натруживает ноги, эта душу бередит.
 
Форум » Лещенко Петр Константинович » Авторы песен Петра Лещенко » ЧЬИ ЖЕ СЛОВА? (Возвращаясь к теме авторства СТРОК - ПЕРФИЛЬЕВ.)
Страница 1 из 11
Поиск:

Copyright petrleschenco.ucoz.ru © 2016
Сайт создан в системе uCoz